Антидепрессанты для фондового рынка. Экономическая политика
Антидепрессанты для фондового рынка

Российский фондовый рынок продолжает стагнировать, вывести рынок из апатии может государство. Например, за счет приватизации госсобственности путем публичного размещения на московской бирже или налоговых преференций инвесторам. Одними только законодательными инициативами, которыми занято сегодня государство, ситуацию не переломить, заявил на форуме «Инвестиции в России»  президент НП РТС Роман ГОРЮНОВ


 

Форум "Инвестиции в России"
«Даже в 1998-1999 гг. не было такой удручающей динамики объемов и стагнирующей динамики индексов. Это показывает, что на рынке царит апатия (см. Восстановление после кризиса). Всего 68 тыс. активных инвесторов, которые раз в месяц совершают сделки, и падение рынка практически вдвое за последние два года говорят сами за себя», – в такой минорной тональности начал свое выступление президент РТС Роман Горюнов.

«Кризис и глубокий кризис пережили все фондовые рынки мира, не только в России. Но сейчас на Нью-Йоркской бирже объемы IPO превзошли докризисные, поставив в нынешнем году абсолютный рекорд. Индексы тоже бьют рекорды. Там уже нет никакого кризиса. Кризис есть у нас. И он вовсе не финансовый, а системный», – утверждал президент медиа-группы РЦБ Александр Коланьков.

Законодательная чехарда

В этой ситуации государство пока ничего не делает для реальной поддержки фондового рынка, взяв на себя исключительно законотворческую функцию, заявляли выступающие. При этом акты и законы власть рожает в таком количестве, что рынок уже плохо представляет, как жить дальше. «Государством инициируется очень много законодательных актов. Сам этот процесс постепенно стал называться совершенствованием законодательства. Однако на деле возникла законодательная чехарда. В этих постоянных «совершенствованиях» рынок уже окончательно запутался, и не знает, к чему готовиться. Рынок плохо понимает, что его ждет в ближайшие два-три года, – подтвердил президент Российского биржевого союза Анатолий Гавриленко. – Сложная реформа по созданию мегарегулятора началась не с рождения концепции, а с рождения самого мегарегулятора. При этом так и осталось загадкой, как этот мегарегулятор должен выглядеть? К примеру, что при этом будет с товарными рынками? Неужели ЦБ будет регулировать спотовые торги нефтью, сахаром, рожью, пшеницей? А если будет, то как?».

При этом законы, которые давно ждет рынок, долго не принимаются, говорили на форуме. Ростислав Кокорев, замдиректора департамента инновационного развития и корпоративного управления Минэкономразвития, заверил, что на самом деле работа постоянно ведется (просто она не предается гласности). Он прояснил ситуацию с принятиями законов, о которых шла речь: «Законопроект о секьюритизации «пошел» – готовится ко второму чтению. Он очень долго «стоял» из-за неопределенности с ГК. Гражданский кодекс был такой большой пробкой, которая закупорила принятие многих законопроектов. Сейчас движение по ГК в целом есть, и отдельные законопроекты стали размораживаться. Законопроект о проектном финансировании, к примеру,  был «завернут» советом по кодификации из-за того, что нормы, разработанные Минэкономразвития, противоречили ГК. Сейчас большая часть этих норм интерполирована в ГК, и, надеемся, что все важные законопроекты  будут приняты. В том числе закон о проектном финансировании и о ГЧП».

Многоликий Янус

Государство инициирует слишком много законодательных инициатив, в которых рынок просто запутался и не видит, что же его ждет в  ближайшие два-три года

Елена Курицына,  Александр Коланьков,  Анатолий Гавриленко
По мнению Романа Горюнова, неправильно ставить вопрос так, будто для развития фондового рынка государство может только принимать законы. «Государство – это не только законодательная власть. Государство – это эмитенты, инвесторы, инвестбанки, регулятор. И все они выступают на рынке. И когда рынок смотрит на происходящее, он оценивает деятельность государства не только с точки зрения эффективности доходов, а именно с точки зрения модели поведения. Потому что крупнейшие эмитенты – это государство, и поэтому рынок смотрит на действия государства как эмитента и делает также, – отметил президент НП РТС. – Инвесторы оценивают перспективы рынка по тому, как государство поступает как эмитент. То, как государство размещает компании, куда оно инвестирует. Сейчас происходит следующее: государство говорит одно, а делает другое. Поэтому никто не может понять сигналов, которые посылаются. Их такое количество, причем разнонаправленных, что никто не может понять: либо государство говорит одно, а делает другое, либо оно все время меняет лицо».

Один из предложенных шагов, который реально мог бы сдвинуть с мертвой точки ситуацию на нашем фондовом рынке, – это объявленная приватизация госпредприятий путем публичного размещения на московской бирже. «Проблема в том, что закрепленных законодательно способов приватизации больше. Это публичное размещение на московской бирже биржевым траншем, прямая частная продажа конкретного пакета портфельному инвестору и др. Государство многолико и с разносторонними интересами, часто разнонаправленными. Государству в лице ФСФР было бы выгоднее, чтобы вся приватизация происходила путем публичного предложения. А государству в лице, скажем, «Вертолеты России» удобнее кулуарно продать пакет портфельному инвестору», – отмечал Александр Коланьков.

Можно было бы провести «народное» IPO, только успешное IPO, дав частным инвесторам на нем заработать, предложил еще одну меру Роман Горюнов. «Собственно таких положительных историй как раз и не хватает. В чем проблема российского рынка сейчас?  Нет положительных историй. Корпоративных положительных историй, которые позволяли инвесторам заработать, категорически мало. Государство может подать пример, показать, как можно заработать на фондовом рынке», – объяснил он.

И необходимые решения следует принимать быстрее. «Наша проблема еще и в том, что важные серьезные решения для развития рынка принимаются очень долго», – подтвердила заместитель руководителя ФСФР Елена Курицына.

Первый декрет

Игорь Ларионов, Роман Горюнов
Анатолий Гавриленко предложил участникам дискуссии поставить себя на место главы  ФСФР и дать свои рецепты развития рынка.

Алексей Новиков, руководитель московского подразделения Thomson Reuters, оставил бы все как есть (имеется ввиду инфраструктура фондового рынка), попытался бы воспрепятствовать идее мегарегулятора, которая, по его мнению, ни к чему хорошему не приведет, сосредоточился бы на мерах по развитию рынка, а не на реформе регулирования.

Игорь Ларионов, замгендиректора «Нижнекамскнефтехим», в первую очередь провел бы ревизию принятых нормативных актов и пересмотрел бы их с точки зрения приоритета частного инвестора и компаний. «Если мы хотим конкурировать с западными рынками, мы должны создать привлекательные условия именно для инвесторов. Все, что будет привлекательно для инвесторов, будет привлекательно для компаний, соответственно и для государства», – отметил он.

Мечислав  Шешеловский, независимый эксперт, создал бы стратегию технологического развития фондового рынка России с учетом западного опыта и предложений наших участников рынка. «К сожалению, технологическая часть «уходит в песок», ее вообще не видно, а на сегодняшний день есть технологии, которые не внедрены на нашем рынке, но при нашем законодательстве уже могли бы дать существенный  количественный скачок развития в некоторых сегментах фондового рынка», – говорил он. Второе предложение – налоговые преференции для резидентов России по инвестированию в ценные бумаги. «Нужно политическое решение в этом вопросе, – заявил эксперт. – Это позволило бы привлекать более активно не только российских инвесторов (в том числе и частных инвесторов), но и западные деньги. Иностранцы создавали бы компании здесь, переводили бы деньги сюда, становились бы резидентами России и инвестировали бы в наши ценные бумаги».

Взгляд со стороны

Ростислав Кокорев, Александр Коланьков, Анатолий Гавриленко
«Взгляд иностранных инвесторов на наш рынок определяется его объемом, его долей в мировом рынке. Доля, разумеется, очень небольшая. Российский рынок, конечно, многообещающий по своему потенциалу, но не по реальному состоянию», – отметил глава московского подразделения Thomson Reuters. Он несколько охладил пыл выступающих, заявив, что и на западных рынках не так все хорошо, как кажется со стороны. «Текущая ситуация на российском фондовом рынке отнюдь не уникальна. На мировой рынке, на рынке развитых стран продолжает царить хаос, – утверждал он. – Многие инициативы, которые были приняты в логике антикризисных действий (а кризис был очень глубокий, испуг колоссальный),  доработаны и сейчас вступают в силу, причем все разом. Это  и «правило Волкера» в отношении капитала банков, и базельские нормативы, и европейские коррективы в отношении биржевых транзакций, и регулирование рейтинговых агентств, и налоги на транзакции, и многие другие. Когда столько новаций  обрушивается одновременно на участника международного рынка,  возникает естественное отторжение. Первым признаком этого отторжения было выступление премьер-министра Великобритании на Давосском форуме, который сказал, что Великобритания, видимо, будет постепенно пересматривать свою роль в ЕС именно из-за жесткого подхода к вопросам регулирования. Британцы предпочитают взять тайм-аут и посмотреть на европейский эксперимент со стороны».

По мнению Алексея Новикова, в этом ключе очень показательна кипрская история: «Она была не о Кипре вообще. Потому что Кипр, как модель, существовал долгое время и прекрасно существовал бы и дальше. И он бы справился с кризисной ситуацией, не будь в еврозоне. Как правило, в результате такого суверенного кризиса страны спасают свою крупную экспортную индустрию (а на Кипре это банки) ценой суверенного дефолта. Кипру, конечно, следовало бы  объявить дефолт и спасать свою банковскую индустрию. Произошло обратное – то, что не должно было бы произойти в случае, если бы Кипр был суверенной страной. А он был вынужден спасать зону евро. И получил решение контрэффективное для страны, но правильное с точки зрения интересов еврозоны и европейского рынка».

Глава  московского подразделения Thomson Reuters негативно оценил реформы, прошедшие на нашем фондовом рынке. «Никакой профессиональной необходимости для объединения бирж не было. Причина, скорее всего, была политическая, – заявил он. – Создание мегарегулятора также настораживает. Прежде всего, потому что непонятно, зачем это делается, что будет, к примеру, с  регулированием товарных рынков. Создается впечатление, что решается политическая задача «упрощения реальности под себя» вместо «усложнения собственного понимания реальности».

 

Подготовила Ольга Заславская

 

По материалам пленарного заседания IV Форума “Инвестиции в России”, 21 мая 2013 г.

Поделиться:

Партнеры
ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ПОЛИТИКА Vedi ancea isras voprosi_econ vvv selhozcoop Международный научно-общественный журнал nisipp