Грезы о старости. Экономическая политика
Грезы о старости

Представления россиян о жизни на пенсии разные, но объединяет их одно: все желали бы  жить, по крайней, мере достойно. Однако лишь 22% россиян трудоспособного возраста не надеются на государственную пенсию и готовы обеспечивать себя сами, отмечает директор проекта «Человек и деньги» ФОМ Людмила ПРЕСНЯКОВА


Людмила Преснякова
Проект ФИН-ФОМ 8-9 декабря 2012 года провел опрос 1100 респондентов в 105 населенных пунктах 43 субъектов РФ. Опрашивались люди допенсионного возраста (мужчины до 60 лет, женщины до 55 лет). Цель проекта – оценить (достаточно бегло) предпочтения россиян в отношении их будущих пенсий, а также проанализировать гипотетические мотивы в отношении тех ресурсов, которые они собираются использовать для реализации их планов.

Запросы «с картинки»

Выяснилось, что у россиян довольно разнообразные запросы к уровню жизни после выхода на пенсию. Условно их можно разделить две группы. Первая – базовые потребности, включающие необходимые условия (качественное питание, лечение, оплата услуг ЖКХ, покупка одежды и обуви). Во вторую входит комплекс запросов, относящийся к современным стандартам жизни на пенсии и, предположительно, скопированный гражданами с западных медиа-образов. Ясно, что потребности варьируются в зависимости от принадлежности респондентов к различным социальным слоям. Путешествия, развлечения, походы в театр – приоритет столичной достаточно обеспеченной интеллигенции. Покупка жилья для себя и родственников оказалась актуальной для людей из небольших городов от 250 тыс. до 1 млн жителей. А вот материальная помощь детям и внукам – «объединяющее» все группы устремление.

Оба блока потребностей набирает значительное и практически равное количество ответов респондентов. В целом, можно сказать, что люди хотят не выживать после выхода на пенсию, а жить достойным образом, не снижая свой уровень жизни (см. рис. 1).

Какие планы?

Рисунок 1. Запросы к жизни на пенсии
Рисунок 1. Запросы к жизни на пенсии
Однако надо учесть, что вопросы задавались с гипотетическим предположением, что сами респонденты не ограничены финансово. На какие же доходы после выхода на пенсию в реальности ориентируются люди? С одной, почти половина рассчитывает на государственные пенсионные выплаты как на основную или большую часть своих доходов. Это, как правило, наименее ресурсные люди в близком к пенсии возрасте (от 45 лет и старше), малообразованные граждане, респонденты с низкими доходами, жители небольших городов и сел, а также так называемые низкоресурсные работники (низкая квалификация, низкая зарплата). Среди них выделяется группа, которая абсолютно все свои надежды возлагает на госпенсию – 27% респондентов. 21% все же подразумевают какие-то дополнительные источники доходов.  

Меньшей частью денежных поступлений  в пожилом возрасте будут государственные выплаты – так, по крайне мере, думает 22% опрошенных. К ним относятся сравнительно молодые люди с относительно высокими доходами, жители мегаполисов. Это квалифицированные компетентные люди, и почти половина из них и вовсе не рассчитывает на государственную пенсию (см. рис. 2).

Все будущие пенсионеры хотят помогать детям и внукам после окончания трудовой деятельности

Надо  учитывать, что все эти намерения относятся к разряду гипотетических – потенциальные источники доходов могли на момент опроса и вовсе отсутствовать. Но сам факт того, что  люди задумываются о необходимости обеспечивать себя после завершения трудовой деятельности, дает повод думать, что будущем  какая-то часть из них реализует эти намерения.

Рисунок 2. Роль государства в пенсионном обеспечении
Рисунок 2. Роль государства в пенсионном обеспечении
Те россияне, которые не видят смысла в старости полагаться исключительно на государство, проявляют разнообразие подходов  к выбору будущих источников дополнительного дохода. Примерно половина (51%) рассчитывают на традиционное подспорье на пенсии. Это – денежная поддержка родных и детей (20%), продолжение трудовой деятельности (36%) и доходы от приусадебного участка, сада, огорода (11%) Чуть менее популярна так называемая «инвестиционная стратегия»  ее разделяют 35%, и это неплохой показатель для нашего патерналистского общества.  Среди этих респондентов 28% полагаются на личные накопления, 8%  предполагают, что будут получать пенсию из НПФ, корпоративную пенсию, 7%  надеются на доходы от частного бизнеса.

На третьем месте  планы, связанные, так или иначе, с имуществом и недвижимостью (11%). Жить на средства, вырученные от сдачи жилья в аренду, планирует 5%. Причем, далеко не все из них уже обладают этой недвижимостью, которую планируют сдавать, для некоторых – это только планы. Да и приобретение рентабельного жилья для таких целей – пока доступно очень небольшой группе населения. Ну, а на доходы от продажи жилья и вовсе рассчитывает всего 1% опрошенных. В итоге можно увидеть, как ощутимо у нас варьируются  установки людей, которые надеются на госпенсии и тех, кто таких надежд не питает. Среди последних половина видят залог достойной старости в личных сбережениях (см. рис. 3).

Желания, возможности, готовность

Рисунок 3. Пенсия: что кроме государства?
Рисунок 3. Пенсия: что кроме государства?
Сегментация населения (специальная методика ФОМ) по двум  параметрам: представлениям о желаемом уровне жизни на пенсии и возможностям их реализовать, позволила выделить четыре типа социальных групп,  существенно различающихся по факторному набору потребностей и возможностей. Первая и самая большая типологическая группа (37%) – «равнодушные иждивенцы», те, кто ориентируется исключительно на госпенсию, что соответствует их  минимальным запросам и отсутствию всяческих амбиций.  На втором месте по числу респондентов  (24%) – «необеспеченные граждане с базовыми потребностями», которые, в конечном счете, надеются все на ту же государственную пенсию.  На третьем месте  – «амбициозные и активные» (20%). Они видят себя современными пенсионерами «в западной  традиции», хотят реализовывать на пенсии потребности, превосходящие базовые,  при этом готовы вкладывать в это силы и средства.  

И, наконец, «неамбициозные сберегатели» на последнем месте  – 18%. Запросы к «жизни на пенсии» у этих людей невелики, но при этом все же делают сбережения или занимают бизнесом, т.е.  не полагаются только на государственные выплаты. Надо отметить, что в эту группу  большей частью попала молодежь, которая пока не задумывается о пенсии (см. рис. 4).

Только 8% опрошенных предполагает, что будут получать пенсию из НПФ или корпоративную пенсию

Рисунок 4. Типология по запросам к пенсии и возможностям
Рисунок 4. Типология по запросам к пенсии и возможностям
Таким образом, трудно вырисовать контуры единой пенсионной системы, которая бы подошла всем типологическим группам одновременно. Например, единственным, пожалуй, подходящим вариантом для «равнодушных иждивенцев» стала бы солидарная распределительная система. Более того, никакие иные меры этой группой населения и не будут адекватно восприняты. «Неамбициозным сберегателям» подойдет и обязательная накопительная система,  и добровольная, но  переход к добровольной должен осуществляться в регистре «по умолчанию», то есть, по умолчанию они должны быть в накопительной системе, а для перехода из нее в добровольную они должны совершить некое усилие – например, написать заявление. Это нужно, поскольку эти люди пока не готовы самостоятельно и активно вкладывать средства в свою будущую пенсию, и с ними еще предстоит провести серьезную работу по стимулированию сбережений. Софинансирование для этой категории также могло бы стать одним из инструментов мотивации к накоплениям, но повышение пенсионного возраста для этих граждан представляется преждевременным, хотя бы потому, что они не намерены продолжать трудовую деятельность после выхода на пенсию  при нынешнем пенсионном пороге. Хотя, вероятно, это можно было бы объяснить присутствием в этой группе  значительного числа молодых россиян, и, возможно, с годами они бы также могли бы стать адресатами такого типа мер.

Для «необеспеченных с базовыми потребностями» как раз и схемы софинансирования, и обязательная накопительная система могли бы быть максимально востребованными. Эти люди хотели бы позаботится о своей будущей пенсии, но в силу малообеспеченности им это делать сложно. «Амбициозных и активных» по праву можно было бы назвать пионерами добровольной накопительной системы. Причем они готовы к повышению пенсионного возраста, как прямому, так и через инструменты откладывания выхода на пенсию.

 

Людмила Преснякова

 

Подготовила к публикации Ирина Ильинская

 

По материалам доклада Л. Пресняковой «Диверсификация пенсионной системы: социальные основания. По результатам социологических опросов» на Гайдаровских чтениях по теме "Пенсионная система: параметрические реформы или смена парадигмы", организованных Институтом экономической политики имени Е.Т. Гайдара и Фондом Егора Гайдара, Москва, 18 декабря 2012.

Поделиться:

Партнеры
ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ПОЛИТИКА Vedi ancea isras voprosi_econ vvv selhozcoop Международный научно-общественный журнал nisipp