Нищета, до свидания?. Экономическая политика
Нищета, до свидания?
24 Январь 2013, Светлана Мисихина, Михаил Дмитриев

Новая волна кризиса способна уничтожить прежние достижения по сокращению бедности и формированиюя массового среднего класса в России, а, значит, и вернуть старые социально-политические настроения,  отмечают директор Центра социальной политики РАНХ Светлана МИСИХИНА и президент ЦСР Михаил ДМИТРИЕВ  в статье «Прощай нищета!»


Светлана Мисихина
Статья публикуется в сокращенном виде. Полный текст статьи  «Прощай нищета!»  см. в одном из ближайших номеров «Журнала новой экономической ассоциации»

В 2000-е годы реальные доходы населения выросли в 2,5 раза при незначительном росте неравенства (коэффициент Джини в 2011 г. составил 0,42 по сравнению с 0,4 в 2000 г.). В результате по российским критериям определения бедности ее уровень с конца 1990-х гг. сократился примерно в 2,5 раза. Значительным – в 2,1 раза – было и ее сокращение, если применить критерий бедности, используемый в США: с 64,4% в 1999 г. до 30,6% в 2010 г. (расчеты авторов по данным Росстата, Бюро переписи США, МВФ).

Как считать бедность

Михаид Дмитриев
Даже в условиях финансово-экономического кризиса бедность в России продолжала снижаться – отчасти благодаря резкому повышению пенсионных и других социальных трансфертов. В международных сопоставлениях для развивающихся стран обычно используют 2 основные черты бедности: 1,25 долл. США по ППС и 2 долл. США по ППС.

В России же практически нет людей, которые жили бы менее чем на 2 долл. в день по ППС. Следовательно, международные сопоставительные методики, которые используются для развивающихся стран, показывают, что бедности и нищеты по меркам развивающихся стран в России нет. При этом данные показывают, что абсолютная бедность в России в 2000-е годы снижалась высокими темпами по сравнению с другими странами. Для стран ОЭСР оценки по таким методикам не производятся, а к концу 2000-х годов использование этих методик для России также практически потеряло смысл.

Интересен пример Санкт-Петербурга, показывающий, что больше половины семей имеет домашних любимцев, в основном кошек. Как показывают данные репрезентативных опросов их владельцев, их кормят в основном специализированными кормами. Расчеты авторов статьи показали, что дневные расходы только на недорогое питание и наполнитель для туалета кошки составляют 1,6 долл. в день. Кстати в США на питание одной кошки в год тратится около 220 долл., т.е. 0,6 долл. в день, в России – 517 долл. в год или 1,4 долл. в день. Так что когда некоторые эксперты отмечают, что надо проводить мониторинг численности лиц с доходами ниже 2 долл. день по ППС, видимо, они собираются проводить мониторинг численности домашних любимцев, так как населения, имеющего такие доходы, практически не осталось.

Все относительно

Специалисты Всемирного банка, продолжая использовать рассмотренный выше подход к определению границы бедности, расширяют его определением среднего класса.  К  «среднему классу развивающегося мира» относят группу населения, которая не является бедной по стандартам развивающихся стран, но остается бедной по стандартам развитых стран, т.е. население, доходы которого выше медианы национальных линий бедности в развивающихся странах (в 2005 г. она составляла около 2 долл. в день по паритету покупательной способности), но ниже абсолютной линии бедности в США (которая в 2005 г. составляла около 13 долл. в день). К «западному среднему классу» относят население, чьи доходы выше линии бедности в США.

Такое выделение разных групп среднего класса основано на том, что с одной стороны, доходы на уровне 2-3 долл. по ППС не позволяют населению иметь доступ к тем активам и услугам, которые ассоциируются с потреблением среднего класса в развитых странах, но, с другой стороны, даже такие доходы позволяют населению потреблять товары далеко не первой необходимости, такие как компьютеры, мобильные телефоны, кондиционеры и т.п., чего не могут позволить себе бедные, потребление которых, в основном нацелено на физиологическое выживание.

В бедных российских домохозяйствах есть не только телевизор, холодильник и стиральная машина, но и мобильные телефоны, пылесосы, видеомагнитофоны

В 2010 г. в России, согласно такой методике, бедных не было, к «среднему классу развивающегося мира» можно было отнести около 30% населения, к «западному среднему классу» – от 60 до 70%

В то же время российские исследователи относили к среднему классу в конце 2000-х годов от 20 до 30% и населения даже более. По оценкам западных экспертов, средним классом в России можно считать от 40 до 73% населения России. <…>

Если сравнить наличие товаров длительного пользования у бедных и у небедных домашних хозяйств, то выясняется, что уже в 2010 г. заметного разрыва между небедными и бедными домохозяйствами не было (за исключением легковых автомобилей и персональных компьютеров). При этом необходимо учитывать, что если в минимальный набор непродовольственных товаров, которые входят в прожиточный минимум среднестатистической семьи,  включены: 1 холодильник, 1 стиральная машина и 1 телевизор, – то,  бедные домашние домохозяйства практически полностью оснащены как данными товарами, так и товарами которые являются предметами далеко не первой необходимости и в прожиточный минимум не входят (мобильные телефоны, пылесосы, видеомагнитофоны и т.п.). Более половины бедных домохозяйств имеют музыкальные центры, две пятых – персональные компьютеры, треть – автомобили. Уровень обеспеченности российских домохозяйств товарами длительного пользования явно не предполагает того, что им не хватает денег даже на питание, тем более что данные Росстата это подтверждают: в среднем один бедный в 2010 г. потреблял около 2100 ккал в сутки,  что соответствует базовым требованиям Всемирной организации здравоохранения.

Потребление среднего класса также росло: но разрыв в уровне потребления среднего класса и более низкодоходных слоев населения начал сокращаться. Если в 2005 г. разрыв по обеспеченности автомобилями между домохозяйствами 5-9 децилей населения и домохозяйствами 1-2 дециля превышал 2,5 раза, то в 2010 г. он снизился до 1,9 раза.

Разрыв в обеспеченности домашних хозяйств персональными компьютерами для тех же групп населения сократился с 3,3 в 2005 г. до 1,5 раза в 2010 году. <…>

Современные форматы развития рынка глубоко затронули российское население. Финансовые услуги потребляет все большая часть населения: доля кредита в потреблении российского населения только за последний год увеличилась с 15 до 22%. Доступ к банковскому кредиту, по-видимому, на несколько лет ускорил насыщение потребительского спроса современными товарами длительного пользования, включая пенсионеров и низкодоходные группы, для которых в отсутствие кредита эти товары были бы гораздо менее доступны. Быстро растет доля граждан, имеющих счета в банках: она уже превысила 70% населения, и продолжала расти даже в кризис. <…> C 2004 г. по 2010 г. число поездок российских граждан в страны дальнего зарубежья увеличилось практически в 2 раза – с 13,1 млн до 25,5 млн, доля расходов россиян на международный туризм в общих мировых расходах на эти цели выросла в 1,6 раза – с 1,8% в 2000 г. до 2,9% в 2010 году.

Не хлебом единым

В социальном плане все это ведет к постепенному вытеснению на второй план ценностей выживания и усиление приоритетности ценностей, связанных с развитием. В политике эти изменения привели к рационализации политических настроений, к усилению запроса на институты, связанные с развитием человеческого потенциала и к ослаблению запроса на перераспределительный популизм и радикальный национализм.

Рисунок 1.  Динамика рейтингов одобрения В.В.Путина и восприятия населением состояния российской экономики. Источник: расчеты Д. Трейзмана по данным Левада-центра.
Рисунок 1. Динамика рейтингов одобрения В.В.Путина и восприятия населением состояния российской экономики. Источник: расчеты Д. Трейзмана по данным Левада-центра.

В России  в 2010 г. бедных, согласно определению по методике Всемирного банка, не было. К «среднему классу развивающегося мира» можно было отнести около 30% населения, к «западному среднему классу» – от 60 до 70%

Для оценки политико-экономических аспектов этих изменений в марте, апреле и мае 2012 г. Центром стратегических разработок по заказу Комитета гражданских инициатив было проведено масштабное социологическое исследование, состоящее из 62 фокус-групп в различных регионах России. Проведенные фокус-группы показали, что в настоящее время сформировался устойчивый и массовый запрос на серьезные изменения ситуации в России. Он объединяет практически все слои городского населения во всех наблюдавшихся регионах. Особенно важно, что перечень наиболее серьезных мотивирующих проблем, которые ассоциируются с необходимостью изменений, является коротким и мало меняется в зависимости от возраста, пола, социального положения и региона. В их число входят, прежде всего, проблемы здравоохранения, образования, ЖКХ, личной безопасности и эффективного правосудия. Отличительной особенностью территорий с повышенным уровнем загрязнения окружающей среды является выдвижение на первый план проблемы экологии, но во всех остальных случаях она отходит на второй план, уступая место вышеупомянутым проблемам. Различия в восприятии приоритетных проблем по линии «средний класс – прочие массовые слои» в основном не носят антагонистического характера.

Важным индикатором происходящих изменений послужил перелом устойчивой зависимости, наблюдавшейся с начала 1990-х годов. Ее суть сводится к тому, что на протяжении последних 20 лет, начиная с 1991 года, рейтинги одобрения российских президентов, определяемые по стандартному вопросу в 2003 г. ВЦИОМом, а после 2003 г. – Левада-центром, который задается респондентам еженедельно примерно по одной и той же выборке, объясняются более чем на 95% с лагом 6-9 месяцев усредненным еженедельным показателем экономических настроений, состоящим из трех вопросов, характеризующих экономические настроения населения. Это – вопросы, отражающие изменения положения семей в предыдущем периоде, его текущее состояние, и оценка его изменения на перспективу. Указанная зависимость действовала вплоть до 2010 года. Но в 2010-2011 годах эти показатели стали меняться гораздо менее синхронизированно (см. рис.1).

Причины такого перелома могут быть связаны с тем, что до недавнего времени ценности выживания оказывали доминирующее воздействие на политические установки россиян. Но массовый выход населения из бедности, в конце концов, создал предпосылки для усиления новых, ранее малосущественных факторов, среди которых немалое место начинает занимать спрос на эффективные институты, обеспечивающие потребление значимых общественных благ (образование, здравоохранение, правопорядок и ЖКХ).

Сейчас, когда риск абсолютной бедности стремится к нулю, значение ценностей выживания для небедных слоев должно заметно ослабевать: в своем социальном окружении они уже не сталкиваются со случаями депривации и поэтому перестают воспринимать угрозу глубокого обнищания как личный фактор риска. Массовая переоценка в сторону уменьшения индивидуальных рисков депривации могла с течением времени привести к непропорциональному большому снижению распространенности приоритетов выживания за пределами узкой группы хронически бедных. Впрочем, такая трансформация могла потребовать значительного времени. Недавние исследования склонности индивидов к риску в зависимости от испытанного ими опыта затяжных экономических кризисов, свидетельствуют, что влияние этого опыта может сказываться в течение многих лет после кризиса.

 

Светлана Мисихина, Михаил Дмитриев

 

Подготовила к публикации Ирина Ильинская

Поделиться:

Партнеры
ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ПОЛИТИКА Vedi ancea isras voprosi_econ vvv selhozcoop Международный научно-общественный журнал nisipp