Балтийский макрорегион в стратегии развития европейской интеграции. Экономическая политика
Балтийский макрорегион в стратегии развития европейской интеграции

Балтийский макрорегион – первый официально признанный макрорегион в Евросоюзе. Стратегия его развития  базируется на кластерно-сетевом подходе  с акцентом на региональную, а не евроцентристскую модель развития интеграции. Россия пока не принимает участия в этом процессе. И напрасно, настаивала Наталия СМОРОДИНСКАЯ из Института экономики РАН в докладе на Гайдаровских чтениях в Калининграде


Наталия Смородинская
Балтийский макрорегион,  производящий 2,5%  мирового ВВП, охватывает территории  11 стран Северной Европы, выходящие на побережье Балтийского и Северного морей, включая  преобладающую часть Северо-Запада России. В последние 20 лет он развивается по особой, скандинавской экономической модели, приближенной к посткризисным реалиям XXI века. Эта модель рассматривает бюджетно-финансовую  макростабильность  как  оперативный  принцип  (а  не  просто как контрольный ориентир) и опирается на   институциональные стимуляторы  роста, непрерывно совершенствуя качество  деловой  среды на микроуровне – вместо применения классических  инструментов денежно-кредитной политики (подробнее см. State of the Region Report. Baltic Development Forum, 2012).

График 1. Экономическая динамика Балтийского макрорегиона в сравнении с ЕС-15 и НАФТА, 2005-2012 гг. Источник: State of the Region Report. BDF, 2012
График 1. Экономическая динамика Балтийского макрорегиона в сравнении с ЕС-15 и НАФТА, 2005-2012 гг. Источник: State of the Region Report. BDF, 2012
Глобальный кризис оказался тестом, подтвердившим  высокую эффективность этих установок. Они позволили макрорегиону встретить первую волну мировой рецессии в отсутствии долгов и финансовых пузырей, затем – успешно противостоять удару кризиса (спад был глубже, чем в других макрорегионах, лишь в силу эффекта статистической базы – относительно более высоких докризисных темпов), а позднее – добиться беспрецедентно быстрого экономического восстановления (в 2010-2011 гг. средние темпы роста превосходили 3% в год, а у отдельных стран достигали 5-6% в год). Несмотря на небольшие размеры и различия в уровнях развития входящих сюда экономик, макрорегион оказался  хорошо подготовлен  к глобальной нестабильности  и ожидаемой второй  волне кризиса – лучше, чем  EC-15, и почти на уровне Северной Америки (см. граф.1).

Макрорегион работает на экспорт и поэтому страдает от падения мирового спроса. Но  по динамизму внутреннего спроса, отражающему  качество  роста, он превосходит  и весь ЕС, и всю совокупность развитых стран (см. табл.1).

Декомпозиция ВВП по факторам роста свидетельствует о том, что даже в ситуации глобального кризиса макрорегион сохранял  сбалансированное развитие, основанное на умении  активно привлекать новую рабочую силу и одновременно сохранять высокую производительность труда (см. рис. 1). Для остальной Европы характерно, как правило, что-то одно: либо высокая занятость (число отработанных часов за год на человека), либо высокая производительность (вклад в ВВП за рабочий час), но не то и другое одновременно.

Рисунок 1. Декомпозиция ВВП по факторам роста: сравнение Балтийского макрорегиона с другими ареалами мира, 2009 г. Источник: State of the Region Report. BDF, 2010

ВВП на душу

(по ППС)

 

Фактор занятости

 

Производительность

труда (по ППС)

Австралия-Океания

=

 

Азиатские тигры

Х

Австралия-Океания

НАФТА

Австралия-Океания

ЕС-15

ЕС-15

НАФТА

НАФТА

Азиатские тигры

БМР

БМР

БМР

ЕС-8

Азиатские тигры

ЕС-8

ЕС-15

ЕС-8

 

Таблица 1
Таблица 1
Хотя Балтийский макрорегион отстает от других ареалов мира по уровню среднедушевого ВВП, по производительности труда он превосходит и ЕС-8, и «азиатских тигров», уступая за пределами Европы только развитым регионам  – Австралии-Океании и Северной Америке (НАФТА). Причем его рейтинг по производительности был бы заметно выше, если бы не высокий уровень внутренних цен.

Скандинавская модель  обеспечила макрорегиону и высокие позиции в Индексе глобальной конкурентоспособности  – как в целом (24-е место среди 142 стран мира в 2012 г.), так и по отдельным составляющим индекса (см. рис.2). Причем и этот рейтинг был бы значительно выше, если бы не колоссальный страновой разброс в уровнях конкурентоспособности  – от 3-го места в мире у Швеции до 66-го у России.

Для ответа на предстоящие внешние вызовы, связанные с изменением мировой конъюнктуры (вступление ЕС и США в длительный период полузастоя на фоне ожидаемого подъема в странах Азии и Латинской Америки), макрорегион намерен еще быстрее наращивать конкурентный потенциал – повышать скорость генерирования инноваций и способность бизнеса к технологическим обновлениям. Это предполагается делать путем дальнейшего усиления сетевой кооперации ведущих институциональных секторов, прежде всего  науки, бизнеса и властей (т.н. модель «тройной спирали»), практики выдвижения этими секторами совместных кластерных инициатив и вытекающей отсюда «естественной» кластеризации не только производственной системы, но также административно-управленческой и финансовой.

Ставка на кластерную среду

Рисунок 2. Место Балтийского макрорегиона в Индексе глобальной конкурентоспособности, 2012 г. Источники: Global Competitiveness Index. WEF, 2012;  State of the Region Report, 2012
Рисунок 2. Место Балтийского макрорегиона в Индексе глобальной конкурентоспособности, 2012 г. Источники: Global Competitiveness Index. WEF, 2012; State of the Region Report, 2012
Иными словами,  в период, когда мировая экономика вошла в стадию  пониженной экономической динамики («новой нормальности»), Балтийский макрорегион намерен  обеспечивать устойчивость роста и повышать глобальную конкурентоспособность за счет уникальных преимуществ  кластерно-сетевой среды – без расширения бюджетных расходов, создания новых бюрократических институтов или привлечения дополнительных средств из фондов ЕС.

К середине нулевых годов большинство стран макрорегиона завершили теоретические дискуссии по поводу значимости кластеров как таковых и сделали кластерную идею главной составляющей своих экономических курсов. Сегодня макрорегион занимает 25-27-е место в мире по уровню кластеризации экономики (средняя по всем входящим сюда странам), опережая многие ареалы по динамизму кластеризации и имея конкурентоспособные кластерные сети –  как в традиционных, так и в передовых секторах.

По данным Европейской кластерной обсерватории, здесь сосредоточено от 7 до 9% всей совокупности локальных кластеров стран ЕС, причем большинство из них относятся к разряду сильных (strong clusters), т.е. конкурентоспособных в масштабах региона по размерам и характеру специализации. Более того, в макрорегионе сформировалось примерно 50 сильных транснациональных кластеров мирового класса, куда вовлечены компании из четырех или более стран и где уровень занятости, минимум, наполовину превышает средние показатели всего ареала для данных групп отраслей (см. State of the Region Report. BDF, 2011).

Ставка Балтийского макрорегиона на поощрение кластерных инициатив и повсеместное развитие сетевой среды выглядит наиболее передовой не только в рамках ЕС, но и на общемировом фоне. В сравнении со США, Европой в целом и новыми индустриальными странами Азии этот макрорегион шире опирается на институциональную культуру и принципы функционирования экономики знаний. По нашему глубокому убеждению, он мог бы стать оптимальным стратегическим партнером России на период ее адаптации к требованиям новой парадигмы  и перехода к новой модели роста (см. подробнее Н.В. Смородинская Балтийское направление евроинтеграции и перспективы участия в ней России // Сб. докладов международной научной конференции «Россия в многополярной конфигурации» / под ред. С.П. Глинкиной. М.: ИЭ РАН, 2011). Лидеры макрорегиона неоднократно подтверждали свою заинтересованность в развитии тесной кооперации с Россией на длительные сроки. Но вот готова ли Россия реально решиться на инновационный рывок (вместо нынешней «новой индустриализации») – ответа на этот вопрос пока нет.

Трансбалтийская интеграция

В последние 20 лет кооперация между официальными, деловыми, научными и общественными кругами стран макрорегиона развивалась высокими темпами и в самых различных направлениях. Она затронула многие сферы экономических взаимодействий, вышла за рамки  торговых и инвестиционных обменов и стала подниматься до  уровня объединения усилий в сфере инновационного развития.

Балтийский макрорегион в целом быстро  восстановился  после первой волны кризиса, начал расти быстрее других ареалов и оказался устойчив к ударам второй волны кризиса

Изначальным двигателем кооперации послужила политическая установка стран на тесное взаимное сотрудничество, усиленная тем, что разделение Европы на восточную и западную осталось в прошлом. С нулевых годов объединяющим началом стала опора на организационные стимуляторы роста, заложенная в скандинавскую модель, а также на общность стратегической задачи: вслед за скандинавскими лидерами все входящие в макрорегион страны взяли курс на создание экономики знаний.

Кроме того, смена парадигмы изменила отношение к фактору неоднородности экономического пространства: теперь она рассматривается не столько как конкурентная слабость макрорегиона, сколько как возможность взаимодополняющей кооперации – комплементарного соединения потенциалов развитых экономик (страны Скандинавии и Германия) и переходных (страны Балтии, Польша и Россия). 

Как географический ареал Балтийский макрорегион не имеет наднационального центра управления. Однако его единство скрепляется множеством формальных и неформальных горизонтальных альянсов, функционирующих на началах сетевой кооперации. К 2000-м годам здесь сложилось не менее сотни трансграничных организаций разного профиля и масштаба, чья  деятельность способствует сближению национальных экономик и развитию интеграции. Задачи, инициативы и программы этих организаций переплетаются, а сами они действуют как координирующие узлы –платформы для информационного обмена и интерактивного диалога (см. подробнее В.Е. Малыгин. Развитие интеграционных процессов в Балтийском макрорегионе: институциональный аспект/ В кн.: «Конкурентные отношения и механизмы государственной конкурентной политики». Под ред. Городецкого А.Е. и Курнышевой И.Р. С-Пб, «Алатейя», 2011).

С середины прошлого десятилетия ведущие сетевые организации макрорегиона и прежде всего Балтийский Форум развития (Baltic Development Forum) начали направлять усилия трансбалтийского сообщества на совместное решение амбициозной задачи – трансформировать экономику ареала в высокоинтегрированный постиндустриальный полюс роста мирового уровня.

Историческая инициатива ЕС – единая Балтийская стратегия

Идея повышения инновационного потенциала и глобальной конкурентоспособности макрорегиона путем объединения усилий входящих в него территорий институционально оформилась  в виде единой Балтийской Стратегии развития (The EU Strategy for the Baltic Sea Region), утвержденной руководством ЕС в конце 2009 года. Стратегия стала первым документом в истории евроинтеграции, который комплексно охватывает проблемы модернизации целого транснационального массива внутри ЕС, официально подтверждая его идентичность путем введения статуса «макрорегион». В Брюсселе рассматривают этот документ как проект совместного развития 11-ти территорий, способный сблизить их сообщества, скоординировать деятельность их деловых кругов и синхронизировать их экономические курсы в деле освоения новой модели роста. К участию в мероприятиях Стратегии приглашены все страны-члены ЕС, входящие в состав Балтийского макрорегиона, а также Норвегия и Россия, заявившие о своем интересе к ряду проектов.

Лидеры Балтийского макрорегиона неоднократно подтверждали свою заинтересованность в развитии тесной кооперации с Россией на длительные сроки. Но  готова ли Россия реально решиться на инновационный рывок?

Сама задача синхронизации национальных экономических курсов исторически беспрецедентна. Она требует не просто продуманного Плана действий, но и современной системы управления его мероприятиями, рассчитанной на непрерывную координацию этих действий. Как следует из опыта Балтийского макрорегиона 2006-2009 гг., а также из отчетов Еврокомиссии о ходе реализации Балтийской Стратегии 2010-2012 гг., новые механизмы сетевой координации уже успешно нарабатываются и реализуются на практике, подтверждая свою привлекательность и эффективность (см. Baltic Sea Region Innovation Network. Transnational cooperation on innovation and clusters. Nordic Innovation Centre, January 2008; European Commission. Communication concerning the EU Strategy for the Baltic Sea Region. 23 March, 2012).

В итоге, Балтийский макрорегион все шире вовлекается в режим системного коллаборативного управления: представители всех входящих сюда территорий (пока за исключением российских) создают единые партнерские сети, вырабатывая коллективное видение для совместной реализации проектов Стратегии. Причем это взаимодействие имеет как многофункциональный формат (все проекты взаимосвязаны), так и многоуровневый (каждая сеть располагает смешанным институциональным составом, включающим «четверную спираль» – бизнес, госорганизации, науку и НГО).

По замыслу Еврокомиссии, Балтийский макрорегион должен сыграть роль модельного, где отрабатываются новые, кластерные технологии создания единого рынка знаний и перехода к инновационному росту, способные стать образцом для других аналогичных ареалов Европы (Дунайский, Средиземноморский и др.). Это означает, что ЕС начал модифицировать свою классическую модель объединения с учетом набирающих силу процессов нового регионализма.

Фактически  Брюссель переходит от политики евро-центризма и принципа конвергенции национальных экономик к горизонтально-сетевой, децентрализованной модели евроинтеграции, позволяющей Еврокомиссии спустить руководство региональными проектами ЕС на уровень самих макрорегионов, а свою прежнюю роль жесткого верховного управляющего трансформировать в функцию гибкого сетевого координатора (подробнее см.: Hahn, J. A look at the EU Strategy for the Baltic Sea // Baltic Rim Economies, Bimonthly Review № 5, 2010; State of the Region Report. BDF, 2010; 2012).

Хотя новое понимание интеграции, основанное на синхронизации экономических курсов без применения управленческой иерархии, ни в одном документе ЕС специально не прописано, в Еврокомиссии де-факто признают, что в современных условиях оно может оказаться более оптимальным подходом, чем стандартизация макроэкономических нормативов для 27 стран. Вслед за Балтийской Стратегией ЕС уже принята аналогичная Дунайская со своим Планом действий. Обе они формируют гибкие горизонтальные механизмы консолидации сегментированных национальных рынков – как на региональном, так и на общеевропейском уровне.

 

Наталия Смородинская

По материалам доклада Н. Смородинской на Гайдаровских чтениях, Калининград, 25 октября 2012 года

 

Приложение: Презентация Н.Смородинской «Балтийский макрорегион: в чем секрет конкурентных преимуществ»?

 

Подготовила к публикации Елена Старостенкова

Поделиться:

Партнеры
ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ПОЛИТИКА Vedi ancea isras voprosi_econ vvv selhozcoop Международный научно-общественный журнал nisipp