ВТО снижает стандарты безопасности продуктов питания . Экономическая политика
ВТО снижает стандарты безопасности продуктов питания

Международные нормы, лежащие в основе «Соглашения по применению санитарных и фитосанитарных норм» (SPS), за соблюдением которого следит ВТО, отражают интересы американских агропищевых корпораций. Опыт судебных процессов в рамках ВТО, считает политолог Александра ЖДАНОВСКАЯ, показывает: на Россию в ВТО будет оказываться мощное давление с тем, чтобы снизить стандарты безопасности продуктов питания


Александра Ждановская
По правилам ВТО законодательства стран-членов, а также их региональные законодательства, должны быть «гармонизированы», то есть приведены в соответствие с нормами организации. То есть, нормы ВТО должны служить основой для национальных законодательств. Иными словами: любые местные законы, идущие вразрез с этими международными нормами, объявляются несправедливыми барьерами, препятствующими торговле.

Поскольку разработка новых международных норм внутри ВТО определяется частным бизнесом, возникает неизбежная «понижающая гармонизация»: национальные законы, идущие дальше норм ВТО, объявляются барьерами, несправедливо препятствующими торговле. «Соглашение по применению санитарных и фитосанитарных норм» (SPS) является инструментом, «продавливающим» эту понижающую гармонизацию.


Справка:

SPS (The WTO Agreement on the application of sanitary and phytosanitary measures) – набор правил и обязательств, которые ВТО применяет для проведения международных процедур санитарно-гигиенического контроля импортируемой продукции.


Как отмечает международный профсоюз IUF, объединяющий работников сельского хозяйства и пищевой промышленности, уже сам факт включения в соглашения ВТО инспектирования продовольственного импорта и мер по обеспечению безопасности ввозимых продовольственных продуктов означает, что они рассматриваются как потенциальные барьеры для продвижения интересов агробизнеса.

Министерство сельского хозяйства США рассматривает процедуры санитарно-гигиенической инспекции и проверки безопасности продовольственных продуктов как барьеры для торговли. И соглашение SPS в руках США является как раз инструментом для устранения этих «барьеров». (IUF (2003): ВТО и мировая продовольственная система.).

ВТО не считается с «принципом предосторожности» ООН

Как отмечает доклад IUF, характерно, что систематическая «понижающая гармонизация» национальных санитарно-гигиенических норм и мер обеспечения безопасности импортируемых продуктов происходит в условиях, когда кризисы безопасности продуктов питания становятся все более частым и масштабным явлением. Распространяется коровий губчатый энцефалит («коровье бешенство»), учащаются случаи заражения продуктов сальмонеллой, кишечной палочкой и токсичными веществами.

Любые местные законы, идущие вразрез с нормами ВТО, объявляются несправедливыми барьерами, препятствующими торговле

Известно уже немало примеров серьезных угроз жизни и здоровью фермеров, работников сельского хозяйства и пищевой промышленности и потребителей. Эпидемии свидетельствуют о потребности как раз в более жестких и эффективных мерах санитарного контроля и обеспечения безопасности пищевой и с/х продукции. Но это идет вразрез с политикой ВТО, нацеленной на снижение «чрезмерной», по мнению организации, жесткости санитарно-гигиенические мер.

Корпорации-производители с/х продукции даже во время эпидемий ставят прибыль выше общественного здоровья, стремясь с помощью ВТО освободиться от государственного регулирования.

Так, в 1998 г. ВТО вынесла решение в пользу США в споре с Японией по поводу действующих в Японии процедур санитарной инспекции и карантина для ввозимых в страну сельскохозяйственных продуктов, особенно фруктов. Было сделано заключение, что эти процедуры нарушали SPS. Правительство США, действуя в интересах американского агробизнеса, выиграло дело. А Япония – несмотря на права местных фермеров защитить свои фруктовые культуры от ввозимых извне болезней и вредных насекомых – вынуждена была подчиниться требованиям ВТО и пересмотреть меры по проверке импортируемых продовольственных товаров в сторону понижения санитарно-гигиенических норм.

ВТО не считается с международно признанным правом государства принимать «меры предосторожности» и запрещать что-то потенциально опасное, хотя «принцип принятия мер предосторожности» прописан в соглашениях ООН: «Всемирная Хартия природы» ООН (1982 г.), «Декларация Рио» ООН, параграф 15 (1992 г.), «Протокол о биобезопасности» ООН (2000 г., признание права государств ограничить или запретить ввоз ГМО).

Проблема в том, что у ООН нет суда и, следовательно, нет рычагов давления для претворения декларируемых организацией прав в жизнь. ВТО же, созданная в 1995 г. под давлением корпораций, присвоила себе право судить другие страны, штрафовать, превратившись в инструмент шантажа. Часто одной угрозы иска в Суд ВТО бывает достаточно, чтобы заставить страну понизить стандарты безопасности питания.

Для ВТО «право принятия мер предосторожности» ООН – камень преткновения, поэтому логично, что ВТО с этим принципом не считается. Примерами, подтверждающими это утверждение, являются два судебных процесса перед Судом ВТО между США и ЕС – по гормонам в мясе и по ГМО.

Гормоны в мясе, ГМО: США против ЕС

Первый пример. Американские агрокорпорации используют гормоны роста для ускорения роста животных. В ЕС существовал мораторий на импорт такого мяса из соображений безопасности питания. В 1996 г. США подали иск на ЕС в ВТО и выиграли дело. США пригрозили санкциями в 117 млн долларов. ЕС был вынужден отменить свой мораторий.

В 2002 г. ЕС опубликовал результаты исследований, доказывающих, что употребление в пищу мяса с гормонами роста приводит к раку. То есть прав был не суд ВТО, а принцип предосторожности ООН. Но все эти годы населению ЕС скармливали вредный продукт.

В другом судебном споре перед Судом ВТО по вопросу ГМО (the EU Biotech case) ВТО тоже не посчиталась с «принципом предосторожности» ООН. США, Канада и Аргентина, где выращиваются ГМ-растения, обратились в Суд ВТО против ЕС, который проводил политику регулирования в области ГМО. Процесс длился с 2003 по 2006 год. ЕС обвинили в том, что он незаконно задерживает импорт новых ГМО-линий, вводя мораторий. Население ЕС настроено против ГМО, и ЕС проводил в это время самостоятельные исследования влияния ГМО на человека. Перед судом ВТО ЕС озвучил следующую позицию: во-первых, ГМ-продукты не эквивалентны обычным продуктам и до конца не изучены, следовательно, необходимо использовать международно признанный принцип предосторожности, прописанный в «Конвенции о биологическом разнообразии» «Картахенского протокола о биобезопасности» ООН. Во-вторых, необходимы долгосрочные исследования и оценка рисков ГМО. В-третьих, есть опасность необратимых процессов из-за применения ГМО.

Между тем, Суд ВТО, не рассматривая результаты исследований научных комитетов ЕС, прибег к консультациям своих экспертов и признал ограничение импорта и задержку импорта новых ГМ-линий в ЕС незаконными.

Хотя известно уже немало исследований иностранных и российских ученых, показывающих опасность ГМО (Сералини, Пуштаи, А.С. Баранов, И.В. Ермакова и др.).

Оба этих решения Суда ВТО опасны еще тем, что право ВТО – прецедентное. Раз международная торговля уже была поставлена выше «права предосторожности» и здоровья населения, в будущем можно ожидать повторения.

Под влиянием бизнеса

ВТО борется с ограничениями на импорт мяса с гормонами роста и антибиотиками, а также выступает против запрета ГМО, навязывая, в частности, отказ от маркировки ГМО-содержащих продуктов

Как отмечает IUF, международные нормы, лежащие в основе SPS, за соблюдением которого так рьяно следит ВТО, опираются на стандарты, разработанные Комиссией Codex Alimentarius, дочерней организацией FAO и Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ) по разработке международных продовольственных стандартов. Комиссия состоит из представителей правительств и официальных советников из частного бизнеса и находится под сильным влиянием крупных продовольственных и агрохимических корпораций. Американские агропищевые корпорации принимают участие в ее заседаниях и определяют позицию, которую занимают представители правительств. Огромное влияние в Codex Alimentarius имеет транснациональная компания Monsanto.

В результате прямого влияния концернов на работу Комиссии разрабатываемые стандарты весьма слабы и допускают использование вредных химикатов, запрещенных во многих странах. Например, Codex Alimentarius допускает остаточное содержание ДДТ в молоке, мясе и зерновых. Разрешает использование ряда вредных для здоровья пестицидов, которые запрещены многими правительствами и классифицируются ВОЗ как крайне опасные. Новые международные стандарты ВТО по агрохимикатам – их планка ниже существующих стандартов многих стран – также основаны на стандартах Codex Alimentarius.

США выиграли в ВТО упоминавшееся выше дело против запрета, введенного ЕС на импорт говядины, в производстве которой использовались гормоны, потому что решение Суда ВТО опиралось на стандарты Codex Alimentarius, а фигурирующие в деле гормоны роста производятся компанией Monsanto.

Эта проблема не ограничивается только безопасностью пищевых продуктов, она также касается и безопасности труда рабочих, производящих продукты питания. Как отмечает IUF, стандарты Codex Alimentarius в отношении безопасности продуктов питания снижают национальные стандарты, ограничивающие или запрещающие использование вредных химикатов. (IUF: «ВТО и мировая продовольственная система».)

Россия под давлением

Летом 2012 г. РФ вступила в ВТО. В качестве условия вступления в ВТО и на Россию было оказано давление, с тем чтобы страна отказалась от ключевых элементов системы контроля качества и безопасности ввозимого продовольственного сырья и продуктов питания. Стандарты безопасности питания были понижены: теперь импортер, который ввез некачественную и опасную для здоровья продукцию, не будет сразу лишен разрешения на импорт. Для этого понадобятся не однократные, а многократные нарушения в области ветеринарии.

В рамках переговоров по вступлению в ВТО на России также оказывалось давление с целью изменения существующей в России системы ветеринарных сертификатов. Она более надежная, так как выдается на каждую партию товара. Вместо этого ВТО и импортеры хотят заменить ветеринарные сертификаты на импортное разрешение, которое позволяет импортеру в течение года бесконтрольно ввозить продукты. ВТО заявило, что Россия не имеет права устанавливать собственные требования к качеству и безопасности продукции и что российские сертификаты – это дискриминация иностранных импортеров.

Также ВТО поставило под сомнение установленный в России порядок проведения лабораторных проверок во время ветеринарного контроля. Очевидно, что давление будет продолжаться (см. подробнее: «ВТО и российская система санитарно-ветеринарного контроля качества рыбопродукции». Подкомиссия по рыбному хозяйству и аквакультуре Комиссии РСПП по агропромышленному комплексу (2012): «Доклад о санитарно-ветеринарной защите России после вступления в ВТО». Москва; «ВТО заставит Россию допустить антибиотики в мясе и хлорирование мяса птицы»; «Торгуя с медведем: Почему вступление России в ВТО в интересах США»).

Нужна суверенная национальная политика

Безопасность питания не должна быть в зависимости интересов бизнеса – это вопрос здоровья и будущего нашей страны и детей. Если Суд ВТО – это механизм подавления национального законодательства, защищающего безопасность питания, в стране должны быть выработаны национальная суверенная политика и высокие стандарты в области безопасности питания в интересах населения России. Должна быть готовность защищать свою позицию в международном правовом пространстве.

Конечно, импортеры через свои страны и суд ВТО «убедят» нас миллионными штрафами, что им важнее прибыль. Противостоять этому натиску очень сложно. Но нужно.

 

Александра Ждановская

 

Подготовила к публикации Виктория Чеботарева

Поделиться:

Партнеры
ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ПОЛИТИКА Vedi ancea isras voprosi_econ vvv selhozcoop Международный научно-общественный журнал nisipp