Ни денег, ни леса, ни земли не дает селу новая госпрограмма развития сельских территорий. Экономическая политика
Ни денег, ни леса, ни земли не дает селу новая госпрограмма развития сельских территорий
28 Август 2013, Наталья Гетьман

Правительство РФ утвердило новую программу развития сельских территорий. На круглом столе в «РИА Новости» эксперты оценили ее как фактически нацеленную на развитие АПК, а не на развитие села, и не предлагающую решений по самым наболевшим вопросам: повышению занятости сельского населения и предоставления ресурсов крестьянам и сельским муниципалитетам для самостоятельной «расшивки» насущных проблем


Дмитрий Торопов
Правительство России утвердило новую программу развития сельских территорий (см. Постановление Правительства Российской Федерации от 15 июля 2013 г. № 598 о федеральной целевой программе «Устойчивое развитие сельских территорий на 2014-2017 годы и на период до 2020 года»). Программа принята в продолжение ФЦП «Социальное развитие села до 2013 г.», срок действия которой завершается.

Общий объем предусмотренных новой программой средств – 338,5 млрд руб. (на 2003– 2012 гг. выделялось 326, 3 млрд руб.), из них 90,4 млрд руб.– федеральная поддержка, 150,6 млрд руб. – консолидированные бюджеты субъектов РФ (региональные и муниципальные деньги) и 58,2 млрд руб. – внебюджетные источники (динамику по годам см. на рис. 1).

По словам директора департамента сельского развития и социальной политики Минсельхоза России Дмитрия Торопова, представившего новую программу на круглом столе в «РИА Новости», основные средства этой программы будут направлены на то, чтобы улучшать жилищные условия (141, 8 млрд руб.), социальную (38,1 млрд руб.) и инженерную (83,4 млрд руб.) инфраструктуру на селе, комплексную компактную застройку сельских поселений (33,6 млрд руб., это новое направление политики правительства в отношении села, с 2009 г. реализуется несколько десятков проектов – см. рис. 2), на НИОКР и гранты, а также прочие направления придется 2,3 млрд рублей.

Рисунок 1.
Рисунок 1.
Планируется, что выполнение этой программы даст 5,4 млн кв. м жилья, из них 3 млн кв. м –  молодым семьям. Непрямой экономический эффект программы, по словам Дмитрия Топорова, составит: за счет повышения производительности труда и уровня кадрового потенциала – 55 млрд руб., за счет развития инженерной инфраструктуры, газификации жилья, его постоянного водоснабжения – примерно 13 млрд руб., привлечение внебюджетных источников даст 58 млрд рублей. В целом эффект от реализации этой программы может составить 126 млрд рублей.

Таким образом, с точки зрения решаемых задач новая программа во многом станет продолжением предыдущей ФЦП, принятой в 2002 г. и выполнявшейся в течение 10 лет. Благодаря этой первой программе, по факту, будет введено 18 млн кв. м жилья, из них порядка 5,5 млн кв. м для молодых семей, открыто 674 фельдшерско-акушерских пунктов, уровень обеспеченности питьевой водой жилья вырастет на 59,6%, газификации жилфонда сетевым газом – на 56,5%, появится 104,7 тыс. мест в новых школах, и 24, 6 тыс. мест в учреждениях культурно-досугового типа. А рождаемость, продолжительность жизни и уровень занятости на селе уже повысились (см. рис. 3).

Из существенных изменений, предусматриваемых новым документом, – стимулирование инвестиционной активности в АПК за счет создания благоприятных инфраструктурных условий в сельской местности, создание новых рабочих мест, гранты гражданам села. Принципы отбора проектов застройки сельских поселений ориентированы на финансирование только тех, которые имеют генплан развития и собственные инвестпроекты. «Первая ФЦП трижды секвестрировалась, федеральных денег в планировавшемся объеме не было, поэтому и новая программа сконцентрирована на тех, кто имеет инвестпроекты», – подчеркнул глава профильного департамента.

Восемь рублей на человека в месяц

Павел Грудинин
Эта программа приведет к стагнации сельского хозяйства, так оценил документ директор ЗАО «Совхоз имени Ленина» Павел Грудинин, и аграрное сообщество указывало разработчикам на это. «Оценим те же ведомственные цифры, –  предложил предприниматель, – в другой плоскости. –  Так, 3 млн кв. м означают 200 тыс. домов или квартир (дом в селе – 150 кв. м: 3 комнаты по 20 кв. м, кухня 15 кв. м, подвал, мансарда, хоз. постройка, семья – 5 человек). И это значит, что за весь строк действия программы (2013– 2020 гг.) реально улучшат свои условия лишь около 100 тыс. человек. Много это или мало? Мало, потому что за это время развалится и придет в негодность жилье у куда большего числа сельских жителей. Или, к примеру, если исходить из того, что в сельской школе 300 детей, значит, в соответствии с программой по всей России будет открываться  примерно 9 школ в год. И строительство 7 новых стадионов в год по всей стране – это так мало, что ожидать ощутимого эффекта не приходится».

Рисунок 2.
Рисунок 2.
Прямая поддержка сельскохозяйственного производства в рамках ВТО ограничивается.

Но при этом никак и ничем не ограничены возможности государства по поддержке социального развития сел. На эти цели может быть направлено любое количество средств. Российская Федерация за 2013– 2020 гг. выделит 90 млрд рублей. А в США, к примеру, на те же цели расходуется ежегодно порядка 74 млрд долларов.

Рассчитывать на поддержку со стороны властей субъектов федерации российскому  селу  также  не приходится.  Субъекты РФ и без того в сложном финансовом положении, бюджеты муниципалитетов  – пусты, но планируется, что они консолидировано найдут 150 млрд рублей. Однако от 5 млрд руб. федеральных денег российские муниципалитеты недавно вынуждены были отказаться, поскольку средств на свою долю соучастия в этих проектах у них не нашлось. Скорее всего, полагает Павел Грудинин, программа не будет выполнена даже в ее минимальном варианте. Сами цели, сформулированные в программе, несомненно, благие, ведь на селе сегодня живет почти  треть населения страны. Однако разделив сумму федеральной поддержки на этих жителей, получим, как посчитал бизнесмен, по 8 руб. в месяц на человека. Никто не поедет работать в село, коль скоро планируется строительство лишь нескольких стадионов и школ на всю страну и не более чем 50% городской зарплаты. Дороги, коммуникации, электричество, да и все остальные блага цивилизации на селе стоят отнюдь не меньше, чем в  городах. Так что программа, считает аграрий, – это сигнал сельскому обществу, что на государство рассчитывать не стоит, оно отвернулось от села и не собирается там делать ничего существенного, оставляя крестьян без поддержки. Эксперт считает, что главными задачами государства для развития российского села остаются: обеспечение доходности сельского хозяйства, возможность довести свою продукцию в город, экономическая доступность для города продукции российского сельскохозяйственного производства. Правительству давно пора что-то реально сделать для села, а не отмахиваться от его проблем красивыми словами, резюмировал Павел Грудинин.

Маневр вступившим в ВТО не запрещен

Дарья Снитко
После вступления в ВТО по программе развития территорий мы имеем практически неограниченный маневр, а значит, ресурс поддержки может быть значительно большим, сказала Дарья Снитко из Центра экономического прогнозирования Газпромбанка. Эксперт добавила, что наша страна устроена так, что регионы со средствами (преимущественно северные), как правило, не имеют собственного развитого сельскохозяйственного производства, а потому и принцип софинансирования, пригодный для других отраслей, совершенно неприемлем в программах, ориентированных на поддержку села. Кроме того, очень скромная цифра отведена на частные инвестиции в развитии села, отметила аналитик, хотя перед глазами полно примеров, и Павел Грудинин в их числе, когда частные предприниматели активно, часто без сопомощи, реализуют у себя в хозяйствах программы поддержки своих сотрудников, жильем, инфраструктурой. Из таких примеров вытекает ответ о возможностях и решении проблем села – он в том, чтобы создавать и множить малый бизнес внутри России. При наличии его критической массы люди будут сами решать свои вопросы.

 

Отраслевой агроцентричный подход доминирует

Александр Мерзлов
Новая программа изначально основывалась на Концепции устойчивого развития сельских территорий, принятой всего несколько лет назад, в 2010 году, а ее разработка велась с 1996 г., в т.ч. в рамках международных исследований. Потребовалось несколько лет,  чтобы политики и общество смогли осмыслить всю эту комплексную проблематику,  напомнил руководитель Центра устойчивого развития сельских территорий РГАУ МСХА имени К. А. Тимирязева Александр Мерзлов. Затем в правительстве концепцию «немножечко урезали», но еще в недавних ее редакциях она в целом соответствовала наработкам экспертов. С конца мая произошли резкие изменения, фактически был сделан разворот в сторону инфраструктурной поддержки АПК с уходом от комплексного развития сельских территорий. В программе доминирует отраслевой агроцентричный подход. Тогда как изначально концепция была основана на комплексном сбалансированном решении экономических, социальных и экологических задач при сохранении природного и историко-культурного потенциалов сельской местности. Теперь же программа оказалась направлена на стимулирование инвестиционной активности отрасли и создание высокотехнологичных рабочих мест.

Новую госпрограмму поддержки развития сельских территорий от прежней отличает ряд мер по стимулированию инвестиционной активности в АПК за счет поддержки создания сельской инфраструктуры

Отличие – радикальное, и оно будет содействовать развитию «квази-моногородов» на сельской территории, поскольку из концепции исчезло такое существенное направление как диверсификация сельской экономики, которая и есть суть устойчивости развития сельских территорий. «Ушли» из документа и экологическую политику, а без нее, напомнил эксперт, развитие территорий не может быть устойчивым. И если раньше концепция была направлена на повышение занятости и уровня жизни населения, то ныне на их место встало «содействие созданию высокотехнологичных рабочих мест на селе». Дело хорошее, стране нужно 25 млн высокотехнологичных рабочих мест, но к чему бездумно – по всем программам – разбрасывать эту задачу? Сельская специфика все же такова, что создать одно высокотехнологическое рабочее место – это значит уничтожить несколько простых. Новые разработчики внесли предложения такого рода, не чувствуя ни отрасли, ни территории.

В цели Концепции входило сокращение межрегиональной и внутрирегиональной дифференциации уровня и качества жизни сельского населения. В новой редакции эта программа только усилит ее, поскольку вливание будет точечное. Денег мало, решили не размазывать. О приумножении и сохранении культурного потенциала села речи уже просто не идет, коль скоро поддерживается фактически именно АПК. Но индустриальное сельское хозяйство разрушает культуру, уклад и традиции села.

Согласно лучшей международной практике программы устойчивого развития сельских территорий ориентируются на поддержку малых форм хозяйствования, диверсификации, туризма, культуры, задействование малоиспользуемых потенциалов на основе вовлечения населения. Понятно, что АПК столкнулось с целым рядом проблем: просчетами, допущенными в связи с вступлением в ВТО, ростом заболеваний, цен на корма и т.д. Несомненно, поддерживать АПК необходимо, но тогда и программу стоило бы назвать в соответствии с ее основной целью. А упущенные в нынешней программе моменты – принципиально важные для российского села – требуют от правительства дополнительного внимания и их учета в каких-то других программах. Ведь их игнорирование приведет лишь к тому, что сельское население страны будет чувствовать себя обманутым: не этого ждали от данной программы.

Развитие села – дело муниципалитета

Василий Узун
Государственный подход, обеспечивающий устойчивость сельского развития, должен базироваться, прежде всего, на том, что сельское население в основной своей массе останется жить на селе, поддержал коллег Василий Узун из Центра агропродовольственной политики РАНХиГС. Значит, там и должно оставаться производство. В РАНХиГС проводили в прошлом году большое исследование по анализу результатов аграрной реформы в постсоветской России, о том, что произошло на селе за последние 20 лет после начала реформ, сообщил эксперт. Вывод экспертов: главная проблема для жителей российских сельских поселений  – это потеря работы. До реформ в совхозах и колхозах работало 10 млн человек. Сейчас осталось – 1,5 миллиона. То есть, 8,5 млн человек уволили. Лишь часть из них стали фермерами или работают в личных подсобных хозяйствах. Некоторые  стали  отходниками, занялись  другими видами деятельности. В селе безработица – просто беспрецедентная по масштабу. Например, если в Тюменской области «в городах на одного безработного приходится 13 вакансий (то есть выбор есть), то в сельской местности на одну вакансию претендуют пять безработных» (см. http://www.t-i.ru/article/2309/). Для устойчивого развития села нужно искать способы занять этих людей. К сожалению, программа эту тему совсем оставляет в стороне, как бы ее не замечает, и вопрос этот нигде не обсуждается. А в предыдущей госпрограмме просто копейки были выделены на развитие несельскохозяйственной деятельности на селе.

Рисунок 3.
Рисунок 3.
Развитие села, несомненно, дело муниципалитета, из Москвы его обеспечить сложно, если вообще возможно. И 20 тыс. российских муниципалитетов, по идее, должны были бы подключиться к реализации программы устойчивого развития, на их деятельность по поддержке развития сельских территорий следовало бы сделать основной упор. Это их инициатива нужна, чтобы развивать село. Но их деньги в программе отдельно не выделены, а мы знаем, что муниципалитеты – дотационные сплошь, у них денег нет. И до тех пор, пока у них нет возможности взять на себя эту программу, трудности с ее реализацией будут воспроизводиться.

Для того чтобы поддержать инициативы и само сельское население и муниципалитеты, нужны ресурсы. Но не только финансовые. Сельская Россия тысячу лет строилась, у каждой сельской общины был свой лес, она его использовала для строительства домов и хозяйственных построек, заготовки дров. Заглянем сегодня в земельный фонд России, предлагает ученый. Сколько леса в собственности муниципалитетов? Находим всего 6 тыс. га земли, и все они – в одной Марий-Эл. Все земли лесного фонда – в федеральной собственности: 1,12 млрд га леса  – все эти просторы присматриваются из Москвы. А у села леса нет. Естественно, в таких условиях обсуждаются дотации из бюджета на то, чтобы построить мужику дом. Но во многих случаях дешевле было бы вырубить рядом лес, и это всем – и человеку и обществу в целом – обошлось бы гораздо дешевле, если бы местный лес для него был бесплатный, если бы это было упорядочено, не связано с бюрократией, когда надо 5 лет согласовывать, чтобы нарубить сотню бревен. Пора подумать над этим вопросом и предоставить, наконец, сельским муниципалитетам и крестьянам права и возможности что-то делать самим, а не согласовывать каждое простое и насущное дело на уровне Федерации.

Чтобы развивать село, необходим и доступ к земельным ресурсам. Между тем в  госсобственности – федеральной, региональной и муниципальной  – продолжает оставаться 260 млн га сельхозземель. Причем менее всего земель именно в муниципальной собственности – только 3 млн га. Причем 1,5 млн га из них – в Калмыкии, там муниципалитеты наделили землей. В большинстве же сельских поселений страны земли просто нет. В отличие от леса, который объявлен федеральным и управляется весь из Москвы, по землям сельскохозяйственного назначения ситуация «другая»: государственная земля просто не разграничена между федерацией, субъектами РФ, районами и сельскими муниципалитетами. Она «ничейная», и распорядиться ею сельские муниципалитеты не могут.

Нужно искать способы саморазвития, инициативы снизу, а как? Программа устойчивого развития сельских территорий, считает эксперт, прежде всего, должна предоставить деньги, лес, сельскохозяйственные земли муниципалитетам, стимулировать активное участие крестьян в сельском развитии.

 

Подготовила Наталья Гетьман

 

По материалам Круглого стола РИА Новости «Развитие сельских территорий до 2020 года: стимул роста экономики», 30 июля 2013 г., Москва

Поделиться:

Партнеры
ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ПОЛИТИКА Vedi ancea isras voprosi_econ vvv selhozcoop Международный научно-общественный журнал nisipp