Экология как императив для экономической политики. Экономическая политика
Экология как императив для экономической политики
2 Август 2013, Сергей Бобылев

В экономике природопользования важно не только вести учет отрицательных экстерналий, но и научится считать положительные. Потребление природных ресурсов следует при этом относить к убыткам, отметил в своем докладе на II Российском экономическом конгрессе  профессор МГУ им. М.В. Ломоносова  Сергей БОБЫЛЕВ


Сергей Бобылев
Для современной России, активно определяющей задачи своего экономического развития в глобальном мире, проблема рационального использования природных богатств – «природного капитала» – одна из основных. В мире  сегодня  идет активный поиск ответов на вызовы глобального развития, связанные не только с собственно экономическим и финансовым кризисами, но и с обострением экологических проблем, перспективами развития энергетики и угрозами, связанными с изменением климата. Однако в российском обществе экологическим аспектам развития традиционно уделяется недостаточное внимание. Весьма характерно, что  Всемирная конференция ООН  «РИО+20» (2012) в российской прессе осталась практически незамеченной. А в широко известном документе «Стратегия 2020» в разделе «Здоровье и среда обитания человека» экологический фактор оказался почти забытым. И журналисты, и экономисты, и ключевые политики в нашей стране в большинстве своем по-прежнему игнорируют те мировые тренды, которые связаны с экологическими проблемами.

Кризис и «зеленая экономика»

В мировой экономике, в последние годы развивающейся по пути так называемой «неоэкономики», мейнстримом стало направление, получившее название «зеленая» экономика». К примеру, в стратегии «Европа 2020» , включающей повышение энергоэффективности на 20%, сокращение выбросов парниковых газов на 20%, увеличение доли возобновляемых источников до 20% и т.д., содержатся жесткие требования к экологичности производства и продуктов. И эти требования выполняются странами Евросоюза, несмотря на кризис. Выстроен экономический механизм с огромными налогами и штрафами за загрязнение окружающей среды и нерациональное использование природных ресурсов. В результате в развитых странах постепенно создается абсолютно новая экономика, главные приоритеты которой таковы:

• экологическая устойчивость, «позеленение» экономики;

• социальная ориентированность;

• максимальный структурный и территориальный охват;

• повышение ценности природных благ;

• новые подходы к измерению прогресса;

• опора на знания (экономика знаний);

• снижение рисков развития, в том числе экологических;

• инновационность;

• энергоэффективность/низкоуглеродность;

• рациональные модели потребления и производства.

Если ранее экологизация экономики носила как бы вторичным эффектом, то теперь для развитых стран это – основная цель. В экологизацию уже инвестированы сотни миллиардов долларов и евро. По данным исследования HSBC,  экологическая составляющая в пакете антикризисных мер составила: в США, Канаде, Германии от 8 до 13%, Франции – 21%, Китае – 38%, Южной Корее – 81%.

В США в 2009 г. было выделено 90 млрд долл. для стимулирования энергосбережения и инноваций в «зеленом» бизнесе и  технологиях. Американцы официально продекларировали приверженность к стремлению сократить выбросы к 2050 г. на 50%, а к 2080 г.  – на 80%.

Уже в самом ближайшем будущем ключевым определением для передовых экономик мира станет «низкоуглеродная» экономика (lowcarbon economy), которая характеризуется также высокой энергоэффективностью и минимальным негативным воздействием на экологическую систему.

По определению, данному в докладах Программы ООН по окружающей среде ЮНЕП (UNEP; United Nations Environment Programme), «зеленая» экономика определяется как экономика, которая повышает благосостояние людей и обеспечивает социальную справедливость и при этом существенно снижает риски для окружающей среды

и ее деградации. Важными чертами такой экономики являются: эффективное использование природных ресурсов; сохранение и увеличение природного капитала; уменьшение загрязнения; низкие углеродные выбросы; предотвращение утраты экосистемных услуг и биоразнообразия; рост доходов и занятости. «Зеленая» экономика рассматривается в контексте борьбы с глобальным изменением климата и перспективных направлений выхода из финансово-экономического кризиса. Приоритетной чертой ее роста является радикальное повышение энергоэффективности.

Российская экономика: антиустойчивые «коричневые» тренды

Российская экономика пока продолжает по инерции развиваться по экспортно-сырьевой модели, которую иначе как тупиковой сегодня уже охарактеризовать нельзя.

«Зеленая» экономика – это принципиально новая концепция экономического развития, ставящая во главу угла не прибыль или только увеличение ВВП, а природу и человека – его жизнь и здоровье

Термин «зеленая экономика» (green economy), возникший на Западе, не воспринимается в России адекватно его западному смыслу. В российском понимании этот термин трактуется, скорее, как «зеленый бизнес», как концепция борьбы с загрязнениями окружающей среды и отходами – следствием развития «коричневой» экономики. Это ключевая ошибка понимания сути термина, потому что «зеленая экономика» подразумевает не компромиссный баланс между «коричневой» и «зеленой» экономиками, а сохранение или восстановление первоначального баланса экосистемы, дальнейшего развития экономики не на основе истощения природных ресурсов, а их максимального сохранения. Именно в этом, прежде всего, состоит смысл понятия «зеленый» экономический рост» (green growth).  Между тем именно для такого роста у российской экономики огромный потенциал. Около 60% российской экономики – это энергетический сектор и металлургия. Собственно «зеленый бизнес» (как бизнес, нацеленный на снижение количества отходов, загрязняющих среду) имеет такой потенциал развития, что темпы собственного «зеленого» роста в нашей стране могут достигать 15-20% в год.

В таком процессе создается некая положительная обратная связь, которая, в конечном итоге, дает выгоду и приросты, которые могут быть подсчитаны традиционными методами. При этом эффекты с точки зрения экономического развития оказываются большими, чем при следовании традиционным рецептам стимулирования роста.

В России регулятивные механизмы «зеленой экономики» не смогут войти в практику до тех пор, пока эта новая точка зрения не будет принята теми экономистами и экспертами, которые помогают правительству в принятии решений. Но тут есть и своего рода порочный замкнутый круг. Кроме «Киотского протокола» , в мире на сегодняшний момент нет разработанного инструментария для учета экологического фактора при определении параметров экономического развития. Следовательно, то, что не может быть подсчитано и выявлено в качестве реального капитала,  не может стать действительным инструментом анализа экономических процессов и не будет  востребовано властью.

Проблемы экономической оценки «природного» капитала и экологических услуг

Чтобы включить в экономику экологический фактор, нужно найти ответы на главные вопросы. На сегодня они формулируются следующим образом. Кто выступает бенефициаром  экосистемных услуг (то есть тех выгод, которые люди получают от экосистем)? Как решить проблему диффузии (распыления) выгод от «природного» капитала? Мы не можем интернализировать положительные экстерналии, потому что непонятно, как подсчитать все хорошее, что нам дает природа. И как это следует включить в действующий экономический механизм?

Принципально нерешенной при этом остается проблема дисконтирования (определения стоимости денежного потока с учетом фактора времени). В реальных расчетах либо вообще не удается оценить такого рода эффект, либо оценки оказываются настолько незначительными, что использовать их в существующих эконометрических моделях вообще не целесообразно.

Более традиционной сейчас считается проблема подсчета отрицательных экстерналий (см., к примеру, Борис Порфирьев. Нерукотворные кризисы. Прим. ред.). Для экономиста подсчет такого рода не представляет особых трудностей, например, в том случае, если  реализуется концепция «наилучших доступных технологий». Например, когда и если становятся доступны более совершенные автомобильные технологии, используются либо более качественный бензин, либо более экологичные виды топлива, то не составит особого труда подсчитать эффекты с точки зрения сокращения выбросов вредных веществ в окружающую среду.

Одна из немаловажных проблем россиян – это слабая лояльность к экосистемным услугам (определение термина см. : Экосистемные услуги – современные технологии).

Таблица 1. Индекс скорректированных чистых накоплений. Источник: World Development Indicators 2008. World Bank, Washington DC, 2008.
Таблица 1. Индекс скорректированных чистых накоплений. Источник: World Development Indicators 2008. World Bank, Washington DC, 2008.
Заинтересованности в повышении расходов на решение экологических проблем нет сегодня в нашей стране ни у государственных, ни у частных компаний. Впрочем, частный бизнес во всем мире мало пока инвестирует в формирование низкоуглеродной экономики в том числе и потому, что посчитать эффективность таких инвестиций крайне сложно, а получить прибыль инвестору и того сложнее. Ведь значительную часть наносимого экологической системе ущерба вообще не удается представить в цифрах.

Реальные процессы в этой сфере ускользают от экономического анализа. Модели развития человечества пока антиэкологичны по самой своей сути. Однако на некоторых направлениях сегодня уже достигнуты определенные успехи. Например, для этих целей может быть использован «Индекс скорректированных чистых накоплений» (Adjusted net savings), который публикуется Всемирным Банком уже 15 лет. Например, одним из самых успешных предкризисных годов считается 2006-й, когда рост ВВП России составил 7,4%. Однако индекс скорректированных чистых накоплений был в этом году отрицательным (-13,8%)  (см. Таблицу 1), т.е. экономическая реальность была абсолютно другой.

В четвертой строчке таблицы 1 отмечено минусовое значение. Т.е. в новой экономике будет совершенно очевидно, что необходимо считать истощение невозобновляемых ресурсов как вычет из показателей развития, а не прибавление, как сейчас в рамках ВВП.

Показатель ВВП в его нынешнем виде используется в мировой статистике уже 60 лет. Принципы его исчисления уже давно нуждаются в новом осмыслении. Статистический отдел Секретариата ООН в 2012 г. пообещал представить в скором времени новый метод, с экологически скорректированными счетами, основанный на системе «Интегрированного эколого- экономического учета» (СЭЭУ) (System for Integrated Environmental and Economic Accounting).

Для любого экономиста очевидно: когда средства со счета в банке расходуются, то благосостояние не может считаться устойчивым. Но почему же проедание природного капитала в нашем традиционном экономическом подходе рассматривается как вклад в экономическое развитие? Добычу нефти с точки зрения здравого смысла вряд ли следует рассматривать как увеличение ВВП, добыча нефти – это истощение «природного» капитала, значит, она должна не плюсоваться к валовому внутреннему продукту, а напротив, вычитаться.

Стране не нужен лозунг «больше нефти, газа, металла». Нельзя жестко разделять экологическую и экономическую политику, при сохранении прежнего экономического курса на проедание природного капитала любая экологическая политика малоэффективна.

Ключевым направлением экономической политики должна быть политика «двойного выигрыша», обеспечивающего одновременно и экономическую, и экологическую эффективность.

Принципиально важно обеспечить выстраивание развития страны на основе повышения ценности природы и ее ресурсов, с одной стороны,  и человека, его жизни и здоровья – с другой.

 

Сергей Бобылев

 

Презентация доклада

По материалам доклада Бобылева С.Н. «Зеленая» экономика и природный капитал» на круглом столе “Методологические проблемы экономики природопользования и охраны окружающей среды”, тематической конференции «Экономика природопользования» на РЭК-2013, 19 февраля, г.Суздаль

 

 

Подготовила к публикации Сюзанна Гетьман

 

 

Поделиться:

Партнеры
ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ПОЛИТИКА Vedi ancea isras voprosi_econ vvv selhozcoop Международный научно-общественный журнал nisipp