Индекс конкурентоспособности ЮНИДО и болезни российской экономики. Экономическая политика
Индекс конкурентоспособности ЮНИДО и болезни российской экономики
10 Октябрь 2013, Валерий Миронов

Рейтинг конкурентоспособности ЮНИДО – удобный инструмент для анализа и принятия решений крупными корпорациями и властями всех стран мира. Для России это особенно актуально в связи с недоразвитостью обрабатывающего сектора и прогрессирующего на протяжении последнего десятилетия сырьевого перекоса в структуре экономики, считает замдиректора Центра развития НИУ ВШЭ Валерий МИРОНОВ


Индекс конкурентоспособности промышленности Competitive Industrial Performance Index (CIP), рассчитываемый United  Nations Industrial Development Organization (UNIDO) – самый «молодой» из группы сводных индексов конкурентоспособности стран мира (наряду с более известными World Economic Forum (WEF) и International Institute for Management Development (IMD). Ему около 10 лет. За это время CIP стал самостоятельно рассчитываемым индексом, а не составной частью других работ ЮНИДО.

Конкурентоспособность обрабатывающей промышленности и темпы роста

Валерий Миронов

CIP отражает «способность стран производить и экспортировать товары обрабатывающей промышленности на конкурентном уровне». Он отражает представления экспертов ЮНИДО о том, что в силу своего многозначного характера конкурентоспособность является более полной характеристикой экономики, чем текущий темп экономического роста. Последний, как известно, может давать ложные сигналы, в том числе из-за низкой исходной базы или влияния сырьевой ренты. Конкурентоспособность же характеризует возможности экономики достичь неких темпов роста в средне- и долгосрочной перспективе. Индекс конкурентоспособности промышленности, таким образом, акцентирует внимание на развитии обрабатывающей промышленности, подразумевая при этом влияние ее динамики на долгосрочные темпы роста. Такой показатель представляет интерес для развитых стран. Особенно тех, которые пытаются сегодня вернуть промышленность, эмигрировавшую в предшествующие годы в другие страны. И для  развивающихся, особенно сырьевых стран, страдающих от «голландской болезни» (см. подробнее: «Источник эффективности ресурсной экономики»), а это на сегодня 75 государств, включая Россию.

Таблица 1.

Авторы индекса стремятся к максимальной транспарентности методики, отказываясь при этом от любых субъективных данных, в том числе опросных. При построении рейтинга используются 8 показателей, сгруппированных в 3 группы: способность производить и экспортировать продукцию обрабатывающей промышленности, технологическое развитие и адаптивность, доля в мировой обрабатывающей промышленности. Методология построения рейтинга предполагает, таким образом, его объективность и нацеленность на оценку состояния высокотехнологичных секторов. А это, в свою очередь, позволяет использовать индекс конкурентоспособности промышленности как критерий оценки качества регулятивного воздействия. В этом качестве индекс может быть востребован российскими государственными структурами, особенно в связи с возможным  прекращением обновления рейтинга Doing Business.

В рейтингах WEF и IMD нет практически никаких показателей относительно промышленности. В IMD есть только один индикатор – доля промышленности в ВВП, который относится не к обрабатывающей, а ко всей промышленности. У WEF есть целый круг индикаторов, характеризующих институты, но не собственно промышленности, а всей экономики. Таким образом, все три рейтинга имеют взаимодополняющий характер. Рейтинг ЮНИДО дает более высокие места странам с более развитой обработкой, неявно подразумевая, что их долгосрочный рост более устойчив. Снижение доли обрабатывающего сектора в экономике приводит к торможению темпов экономического роста страны в долгосрочном периоде, так как обрабатывающая промышленность является ключевым источником инноваций в экономике, а также позволяет снизить волатильность в связи с внешними и внутренними пертурбациями. Этот вывод противоречит теории конкурентных преимуществ Давида Рикардо, однако подтверждается эмпирически и поддерживается новыми теориями мировой торговли (см. работы Поля Кругмана (Paul Krugman), Марка Мелитца (Marc Melitz) и др.), что подчеркивает корректность подхода ЮНИДО.

Трудно переоценить важность обрабатывающего сектора для сырьевых стран, где этот сектор страдает от укрепления курса национальной валюты, вызванного так называемой «голландской болезнью» экономики.

Россия в рейтинге ЮНИДО стоит гораздо выше, чем в рейтингах WEF и IMD (на 31 и 12 строчек, соответственно, см. табл. 1). Этот весьма неплохой результат требует анализа и выявления причин такой разницы в рейтингах. Данное рассмотрение одновременно покажет некие значимые факторы, которые пока не учитываются в CIP.

Рейтинг России в индексе конкурентоспособности ЮНИДО

Рисунок 1.
У сырьевых экономик, в частности российской, есть определенные особенности с точки зрения валютного курса. В период бума цен на сырье отечественные торгуемые товары (прежде всего в обрабатывающем секторе) резко дорожают относительно товаров торговых партнеров. В период 2004-2013 гг. Россия по темпам роста реального эффективного курса рубля занимает второе место, имея прирост на 58%, что близко к уровню Филиппин (52%) и ниже лишь уровня Бразилии, где прирост составил почти 70%.

Цены на наши товары за этот период выросли почти на 60%. Рейтинг РФ в индексе CIP в значительной степени определяется укреплением реального курса рубля, связанного с ростом нефтяных цен (см. рис. 1).

Данные результаты достигнуты при ценах на нефть порядка 100 долл. за баррель. Но если они будут падать в связи с процессами, происходящими на энергетическом рынке (см. подробнее: «Нефть меняет позицию в мировой энергетике»; «Конкуренция видов топлива: неожиданные результаты»), то экономика России, несмотря на хороший рейтинг, может быстро упасть. А долгосрочный 50-летний и 10-летний прогнозы нефтяных цен говорят о том, что устойчивый уровень – это 60–70 долл. за баррель. Сейчас особая ситуация для сырьевых экономик, для которых характерна процикличность в период высоких цен на сырье. То есть рост цен на сырье сопровождается раздуванием всех расходов и кредитования, а также притоком капитала. И сырьевые экономики получают тройной удар по макропоказателям, временно подбрасывающий их вверх. Связанное с этим укрепление национальной валюты приводит к изменению структуры экономики в сторону отраслей добычи и услуг и сокращения отраслей обработки.

Эти особенности можно учесть в методологии рейтинга, особенно если обратить внимание на динамику реального эффективного курса национальной валюты в период высоких сырьевых цен. Она достаточно объективно постоянно рассчитывается и МВФ, и Банком международных расчетов.

Экономики сырьевых стран и их оценка в рейтинге ЮНИДО

Рисунок 2.
В методологии CIP не учитываются и такая особенность «голландской болезни», как изменения структуры экономики сырьевых стран с учетом резких общественных трансформаций и процессов глобализации. По итогам прошедшего десятилетия ожидалось, что доля обрабатывающего сектора в ВВП упадет, а доля добывающего вырастет, как это следует из логики развития самой этой болезни. С одной стороны, эти предположения оправдываются – доля занятых в обрабатывающем секторе резко упала по сравнению с долей секторов добычи и услуг. Однако, хотя в номинальных показателях ВВП доля обрабатывающего сектора резко сократилась, в реальном выражении темпы его роста, по данным внутренней статистики, опережали темпы роста добывающего сектора, а быстрее всех рос сектор услуг.

Тем не менее, на устойчиво низком уровне сохраняются доли образования и здравоохранения – в 2012 г. на них вместе пришлось лишь 5,9% ВВП (5,6% ВВП в 2002 г.), что резко контрастирует с динамикой госсектора, доля которого выросла до 5,6% ВВП с 4,5% в 2002 году.

Также нужно учитывать «вторую, зарубежную экономику», которую создают многие сырьевые страны, и прежде всего, Россия. Сегодня объем российских накопленных прямых иностранных инвестиций за рубежом, относительно ВВП, гораздо выше, чем, например, у Китая. Россия с середины 1990-х гг. заметно опережает остальные страны БРИК по уровню оттока прямых иностранных инвестиций относительно ВВП. Объем накопленных иностранных инвестиций в российскую экономику на начало 2012 г. составил 508,9 млрд долл., а российских инвестиций за рубежом – 413,1 млрд долларов. Даже по объему инвестиций за рубежом Россия превосходит Бразилию или Индию (см. рис. 2). Российские сырьевые компании по масштабам инвестиций за рубежом лидируют в мире, причем с большим отрывом. Но эти процессы пока не учитываются в методологии CIP.

Оценка участия стран в цепочках добавленной стоимости

Рисунок 3.
Рисунок 4.
При расчете индекса можно было бы учитывать также участие стран в мировых цепочках добавленной стоимости (GVC). Этого пока при расчетах индекса не делается. Между тем такие проекты, как, например, проект World Input-Output Database (WIOD) под эгидой Еврокомиссии, представляют собой попытку оценить вклад стран в мировые цепочки добавленной стоимости, причем в динамике. Такого рода данные в будущем необходимо будет использовать в CIP, поскольку они существенно меняют картину распределения добавленной стоимости в мире (см. рис. 3).

За последние 50 лет отмечается снижение доли обрабатывающей промышленности в ВВП развитых стран, и, напротив, резкий ее рост в ряде развивающихся стран, в первую очередь – в Китае.

Такое снижение в развитых странах может частично объясняться «невидимостью» их реального участия в глобальных цепочках добавленной стоимости, которое на самом деле является более высоким (см. рис. 4).

Проект WIOD показал, что данные о доле Китая в высокотехнологичном экспорте могут быть преувеличены, поскольку из стоимости высокотехнологичного изделия, произведенного в Китае, собственно китайского лишь 3-4%, а остальные части стоимости уходят в другие страны (см. подробнее: «Взгляд на мир через цепочки добавленной стоимости»; «Мировая торговля без прикрас и двойного счета»). Тем не менее, в соответствии с существующей методологией, полная стоимость всего изделия засчитывается как китайский высокотехнологичный экспорт.

Индекс ЮНИДО и экономика России

Рисунок 5.
Возвращаясь к рейтингу ЮНИДО и месту в нем России, следует помнить, что наши конкурентные преимущества в обрабатывающей промышленности очень неравномерны, наша основная сильная позиция – высокая доля высокотехнологичного экспорта нефтепродуктов. Но если учесть, что наш мазут в импортирующих странах используется как сырье и еще раз перерабатывается, то наше реальное положение в рейтинге конкурентоспособности промышленности должно было бы быть ниже. В России, к примеру,  глубина нефтепереработки достигает 72%, в Европе она составляет 85%, в США – 94%.

В докладе ЮНИДО отмечается, что экономическая ситуация в России близка к ситуации в Южной Африке. Но это близость условна и относительна. В России доля добычи полезных ископаемых и сопутствующих товаров достигала в 2009 г. 12% ВВП, и даже в  составе собственно обрабатывающего сектора превалирует производство первичных нефтепродуктов. В Южной Африке уровень развития обрабатывающих секторов, прежде всего машиностроения, выше (см. подробнее: «Ода промышленности»). И потому России явно есть чему поучиться у ЮАР в области экономической политики.

В качестве ориентиров можно использовать и другие направления структурной политики, которые отмечаются в материалах ЮНИДО, посвященных этому вопросу. В них, в частности, в качестве ориентиров выделены группы стран с близким уровнем подушевого ВВП и экономикой без сырьевых перекосов, и страны с большим подушевым ВВП, которые ранее были сырьевыми. Сравнивая РФ с первой группой стран, понятно, что мы отстаем в машиностроении, финансах (несмотря на рекордный рост в 2000-е годы), туризме, строительстве и образовании.

Если сравнивать со средней структурой экономики развитых сырьевых стран – Австралии, Канады – то здесь России нужно ориентироваться на развитие не только секторов, ответственных за развитие человеческого капитала, и машиностроения, но и обработки сырья, недостаток которой выглядит противоестественно для «сырьевой сверхдержавы» (см. рис. 5).

Рейтинг конкурентоспособности ЮНИДО – удобный инструмент в процессе анализа и принятия решений для крупных корпораций и властей всех стран. В условиях выхода из кризиса он имеет особое значение, так как нынешняя стагнация мировой экономики имеет не только циклический и финансовый, но и структурный характер. России особенно важно обратить внимание на рейтинг ЮНИДО в силу серьезных проблем в обрабатывающей промышленности и сырьевых перекосов в экономике.

Валерий Миронов

Подготовил к публикации Илья Воробьев

По материалам выступления В.В. Миронова «О докладе ЮНИДО «The Industrial Competitiveness of Nations, 2013»,  18 сентября 2013 г. в НИУ ВШЭ (Москва)

Поделиться:

Партнеры
ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ПОЛИТИКА Vedi ancea isras voprosi_econ vvv selhozcoop Международный научно-общественный журнал nisipp